Умные деньги: насколько выгодны инвестиции в украинские IT-проекты

По итогам 2015 года от продажи IT-продуктов и услуг Украина получила свыше $2,5 млрд экспортной выручки – на 25% больше, чем годом ранее. Об этом сообщила директор департамента инноваций и интеллектуальной собственности Министерства экономического развития и торговли Елена Минич. Другие эксперты делятся с Forbes еще более оптимистичными оценками. По их мнению, общий объем экспорта IT-услуг за год мог превысить $3 млрд. Но даже если опираться только на официальную статистику, абсолютные цифры роста впечатляют: $0,5 млрд за год.

Растут не только доходы IT-сектора, но и количество работающих в нем. Активную эмиграцию профессионалов в США и Европу (за последние два года Украину покинули до 9000 айтишников) компенсирует приток молодых специалистов и свитчеров – тех, кто решил сменить прежнюю профессию на специальность программиста, дизайнера или разработчика. По итогам 2015-го в стране насчитывалось около 90 000– 100 000 человек, занятых в IT. Это один из самых высоких показателей в Европе, но, даже несмотря на это, специалистов в Украине не хватает.

В пяти крупнейших IT-компаниях страны – EPAM, SoftServe, Luxoft, GlobalLogic и Ciklum – работают уже 17 000 сотрудников, подсчитало интернет-издание Dou.ua. Годом ранее их насчитывалось 15 000. Открытых вакансий около 1400. А всего в 25 крупнейших украинских IT-компаниях дефицит кадров превышает 2200 специалистов. В ближайшие пять лет отрасли потребуются еще 100 000 работников. Если она сохранит темпы роста выручки, о которых говорит Минич, к тому времени айтишники смогут зарабатывать на экспорте $7 млрд. Сравнимые показатели демонстрируют сегодня агропромышленный и металлургический комплексы.

Участники рынка уверяют: украинская IT-отрасль развивалась бы еще быстрее, если бы не два сдерживающих фактора. Во-первых, локальные компании конкурируют за таланты не только между собой, но и с зарубежными фирмами. Потребность Европы в айтишниках достигает 1 млн человек, столько же нужны в США. Удерживать людей в Украине удается благодаря высоким для страны зарплатам – квалифицированный программист может получать от $1000 в месяц. Утолить кадровый голод – задача выполнимая, это лишь вопрос времени, отмечают эксперты. «До 2020 года страна способна подготовить 100 000 специалистов. Но сейчас упор делать нужно не на количество, а на качество», – уточняет Владимир Люлька, директор некоммерческой организации BrainBasket, работающей в сфере IT-образования.

Вторая проблема – безопасность IT-бизнеса. Причем речь идет не только о военных действиях на востоке Украины. Спору нет, угроза эскалации конфликта отпугивает зарубежных клиентов, которым важно, чтобы работы над проектами не прекращались ни на минуту. «Разработка IT-продуктов – важный процесс, многих заказчиков не устраивает даже один день простоя. К сожалению, по известным причинам кредит доверия к Украине постепенно падает», – отмечает СEO аутсорсинговой компании «Luxoft Украина» Виталий Нужный. Не меньший риск для имиджа отрасли несут непродуманные действия государства. Например, не прошло и суток с момента, как Петр Порошенко заявил о том, что налоговики не будут без веских причин тревожить IT-компании, как правоохранители ворвались в офис харьковской компании Promodo. Правда, сюда они попали случайно – ошиблись дверью. Но всего за 2015-й год в IT-компаниях прошло более сотни обысков. Крупных нарушений фискалы не нашли, однако каждый раз работа фирм была парализована. «Остаются также проблемы с налоговым законодательством и защитой интеллектуальной собственности. Но основное – безопасность бизнеса. Для начала мы ждем моратория на выемку оборудования», – рассказывает основатель сервиса Divan.TV Андрей Колодюк. Если государство не проведет «работу над ошибками», страна может потерять конкурентное преимущество, опасается бизнесмен.

Даже несмотря на эти проблемы, инвесторы не прекращают вливать деньги в украинский сектор информационных технологий. В прошлом году отечественные IT-компании привлекли $100 млн инвестиций. Среди них как именитые игроки вроде аутсорсинговой фирмы Ciklum и интернет-магазина Rozetka, так и начинающие компании. В январе нынешнего года сумма подписанных сделок уже достигла $10 млн. Например, фотосервис Depositрhotos получил $5 млн от ЕБРР и TMT Investments. Стартап Petcube привлек $2,6 млн, еще десяток молодых проектов – по $100 000–200 000. Имидж отрасли у местных и западных инвесторов все еще высок – в Украине хватает сегментов, которые могут принести достойную отдачу от вложений.

Forbes выбрал три направления, к которым, по мнению экспертов, инвесторам стоит присмотреться более внимательно.

Таланты в аренду

Одну из крупнейших инвестиций в истории украинского IT-рынка привлек сегмент аутсорсинга. Известный американский инвестор Джордж Сорос выкупил долю инвестфонда Horizon Capital в компании Ciklum, которая замыкает пятерку крупнейших IT-аутсорсеров страны. Часть своих акций Соросу продал основатель и руководитель компании Торбен Майгаард. Точная сумма сделки не разглашается, Forbes оценивает ее в десятки миллионов долларов.

Аутсорсинговые компании – крупнейший работодатель для местных технических специалистов. В Украине девять из десяти занятых в этой сфере работают именно в сегменте аутсорсинга. Он и генерирует большую часть выручки IT-сектора.

Один из основателей украинской сервисной компании SoftServe Тарас Кицмей уверяет, что до 2025-го именно аутсорсинг станет вторым сегментом по объему экспорта, который превысит $10 млрд. «С 2007 года Украина неизменно входит в составляемый аналитиками Gartner список 30 стран, где выгодно развивать IT-аутсорсинг. А по результатам недавнего исследования A.T. Kearney Украина поднялась в глобальном рейтинге лучших стран для аутсорсинга на 17 позиций и заняла 24-е место. Без сомнения, мы и дальше будем демонстрировать рост», – отмечает Кицмей.

Порог входа в бизнес аутсорсинга невысок: опрошенные Forbes участники рынка даже не стали называть конкретных цифр. Типичный ответ: «Купили столы, компьютеры, и можно садиться писать код». «Здесь, как в любом бизнесе, порог входа ограничивается желанием воплотить идею в жизнь. В нашем случае достаточно уметь программировать, знать задачи клиента и иметь компьютер», – делится наблюдениями Нужный. Но если есть желание создать действительно глобальную компанию, уточняет топ-менеджер, не обойтись без так называемых soft skills: навыков управления командой, общения, налаживания связей с клиентами. «Мы работаем в сфере экономики знаний. Стартовый капитал здесь – опыт работы и понимание бизнеса», – добавляет Кицмей.

Зачастую аутсорсинг воспринимают как «продажу талантов в качестве сырья». Но именно этот бизнес стал точкой отсчета для многих местных компаний и стартапов, создающих сегодня собственные уникальные продукты. Масса успешных IT-предпринимателей получили в аутсорсинговых компаниях опыт и знания, без которых едва ли смогли бы запустить свой бизнес.

Сами аутсорсеры тоже понимают, что пора меняться. За последние пару лет крупнейшие украинские компании внедрили подход PDS (product development systems, системы разработки продуктов. – Forbes.). Такой формат подразумевает не просто выполнение какой-то части большого проекта, а создание продукта под ключ. «Это полный цикл разработки – от этапов создания концепта и бизнес-анализа до тестирования и поддержки разработанного программного продукта, – поясняет Кицмей и добавляет: – На определенном этапе развития у аутсорсинговой компании уже достаточно знаний, опыта и понимания рынка, чтобы осуществить полный цикл создания продукта. Это закономерный формат развития».

Дефицит кадров, по мнению Колодюка, уже в ближайшее время изменит вектор развития аутсорсинговых компаний в Украине. Вместо того чтобы набирать новых сотрудников по отдельности, крупные игроки начнут скупать компании поменьше. Те, кто сумеют продать свои команды, смогут неплохо заработать. «Пример Сороса послужит отличным катализатором для прихода новых инвесторов, как международных, так и локальных. Это касается и компаний, занимающихся аутсорсингом», – уверяет Колодюк.

Ангелы, на взлет

Более двух лет назад основатель транспортной компании GLS Transport Александр Яковенко решил попробовать себя в ангельском инвестировании – прямых вложениях собственных денег в стартапы. Вместе с партнером он профинансировал небольшую софтверную компанию 111PIX UA. «Пока в Украине не наладится политическая и экономическая ситуация, онлайн-бизнес гораздо безопаснее офлайнового», – комментирует свой выбор предприниматель. Первый «ангельский» опыт окупился с лихвой: после продажи своей доли партнеры получили прибыль, многократно превышающую сумму инвестиций. Сегодня бизнесмен подходит к инвестированию более системно: он стал соучредителем стартап-инкубатора iQSpace. Цель – привлекать людей к совместному инвестированию в рамках синдикатов. «Так мы сможем вкладывать в несколько проектов одновременно, снижаем риски, помогаем другим инвесторам обезопасить себя от некорректной оценки стартапа», – рассказывает Яковенко.

Наталья Березовская, глава правления украинской сети бизнес-ангелов UAngel и гендиректор компании Detonate Ventures, рассказывает, что сегодня именно частные инвесторы – самые активные на рынке. «Частные в том смысле, что люди управляют собственным капиталом, а «юридическая витрина» для их инвестиционной деятельности не имеет значения. У многих есть собственный операционный бизнес, а венчурное направление достраивается в дополнение к нему», – объясняет Березовская. Появились неформальные партнерства инвесторов. Такие люди объединяются в группы и вместе ищут проекты, достойные инвестирования. Рынок ангельских инвестиций на подъеме: в 2015-м только участники сети UAngel влили в украинские IT-проекты более $2 млн.

Одним из успешных бизнес-ангелов стал одесский интернет-предприниматель Александр Борняков. Построив собственный онлайн-бизнес, он три года назад впервые вложил $100 000 в платформу по продвижению мобильных приложений Clickky. Борняков понимал, как помочь основателю стартапа Вадиму Роговскому не только деньгами: он щедро делился опытом и знаниями. Сегодня Clickky оценивается уже в $20–25 млн. Следующим успешным вложением Борнякова стала сеть онлайн-рекламы ClickGanic. Выделенные им $20 000 помогли стартапу увеличить численность команды с двух до 10 сотрудников и довести ежемесячную выручку до $100 000.

В общей сложности бизнесмен совместно с другими инвесторами вложил средства в 15 стартапов. Две компании уже добились успеха. Еще две, по мнению Борнякова, имеют большие шансы стать прибыльными. Одна из них – украинский проект Kwambio, который разработал собственный 3D-принтер. На этапе привлечения стартового капитала Борняков вложил в Kwambio $100 000 при оценке компании в $3 млн. Сейчас Kwambio готовит первый раунд финансирования, ее предварительная оценка возросла до $15 млн. «Инвестирование в стартапы дает возможность получить большую отдачу.

Да, это риск, но риски есть везде», – рассказывает Борняков. Березовская с ним согласна: «Чем выше риск, тем больше может быть потенциальная отдача. Сегодня, когда доходность традиционных инструментов инвестирования падает, такие альтернативы вызывают живой интерес».

CEO инкубатора IQSpace Вадим Роговский-старший добавляет, что сегодня наиболее безопасный вариант для ангелов – инвестирование в рамках синдикатов. Когда несколько инвесторов объединяют усилия, и каждый имеет экспертизу и знания в разных областях, уменьшаются риски. А опыт каждого помогает стартапу выйти на новый уровень. Значительно снижается и опасность невозврата инвестиций. Вместо того чтобы вложить крупную сумму в один проект, инвестор может разделить ее между несколькими командами. Правда, как отмечает руководитель инкубатора, инвестор должен быть готов не только оказывать финансовую поддержку, но и делиться знаниями: молодым стартаперам их часто недостает.

«Железные» инвестиции

В январе 2016 года в крупнейшей в мире выставке потребительской электроники CES в Лас-Вегасе участвовали семь компаний из Украины. По сравнению с количеством стартапов и известных фирм из США, Восточной Азии и Европы это, конечно же, капля в море. Но даже такой показатель – уже серьезный прогресс для нашей страны: еще пару лет назад на CES нельзя было найти ни одного украинского стенда. Стартапу Ecoisme, работающему над гаджетом по отслеживанию расхода электроэнергии в доме, даже удалось получить престижную премию за инновации – CES Innovation Award. «Нам сразу позвонили представители гиганта онлайн-торговли Amazon, говорили о возможности разместить наш гаджет у них на площадке», – рассказывает руководитель проекта Иван Пасечник.

Продукты с украинскими корнями мало-помалу осваивают международную розницу. Гаджеты Petcube для удаленной игры с домашними животными, помимо Amazon, можно найти в сетях потребительской электроники Best Buy, B&H и Fry’s Electronics. Команда Concepter, выпускающая мобильные вспышки iВlazr, поставляет свои устройства в магазины Apple Store. Успешно в США продаются и умные настольные часы LaMetric Time львовской компании Smart Atoms.

Чаще всего украинские хардверные стартапы привлекают деньги путем краудфандинга. За последние несколько лет им удалось собрать на популярных платформах Kickstarter и Indiegogo около $1,5 млн. Для финансирования разработки и запуска устройств в производство такие площадки удобны. Они гарантированно дают первых покупателей, привлекают интерес к устройствам (особенно на главном рынке гаджетов – в США) и помогают найти потенциальных партнеров.

Но есть и другая причина, по которой хардверные стартапы выбирают краудфандинг: им сложнее найти инвестора. «Непросто доказать, что у нового гаджета есть потенциал, пока продажи не начались. Плюс нужно еще уметь запустить продукт в массовое производство», – рассказывает Владислав Тисленко из Concepter. «Краудфандинг – это быстрая В2С-модель продажи. Есть продукт – начинай кампанию. Поиск инвестора, напротив, процесс долгий. По сути это В2В-модель, в которой много нюансов, – добавляет Александр Конотопский, гендиректор компании Ajax Systems, выпускающей охранные системы. – Украина утратила мощности по производству электроники, поэтому сейчас инвесторам ближе рынок программного обеспечения».

Краудфандинг – быстрый способ привлечь финансирование, но он хорош только на этапе запуска продукта. «Для развития бизнеса стартапам нужны деньги. Вот тогда и начинается поиск инвестора», – отмечает Тисленко. Конотопский с ним согласен: для разработки сразу нескольких новых продуктов Ajax Systems привлекла $1 млн у фонда SMRK.

Но даже на начальном этапе альтернатива краудфандингу есть. Та же Ecoisme, например, получила от ангела $80 000 на разработку идеи, и лишь затем запустила кампанию по сбору средств на Indiegogo. Пасечник не скрывает: работа с инвесторами занимает много времени. «Показываем наши достижения, говорим о будущих перспективах», – поясняет предприниматель.

Еще один показательный пример – проект Petcube. Получив около $70 000 на разработку прототипа, стартап успешно перешел к этапу краудфиндинга. Продукт привлек внимание прессы, команде удалось собрать на доработку гаджета $250 000, а в 2015-м – привлечь новых инвесторов. Фонды Almaz Capital и AVentures Capital вложили в компанию $1,1 млн. В феврале инвесторы выделили проекту еще около $2,6 млн. «Причин для работы в Украине несколько: наши инженеры делают качественный продукт мирового уровня, их услуги стоят сравнительно недорого. Кроме того, территориально мы расположены рядом с потенциальным рынком сбыта наших устройств», – добавляет Конотопский.

Другое дело, что продавать украинские гаджеты на родном рынке нелегко. В условиях кризиса $100–200 за устройство – ощутимый удар по карману массового потребителя. Именно поэтому, выбирая проект для финансирования, инвесторам лучше присматриваться к стартапам, сразу нацеленным на глобальный рынок. Последнее справедливо не только для инвестиций в хардверные компании. В какой сегмент IT-отрасли ни решил бы вкладывать деньги будущий инвестор, ориентация его подопечных на зарубежных заказчиков – безусловный плюс.

Инвестиции – всегда риск. Свести его к минимуму при финансировании компаний из IT-сектора помогут налаженные связи с более опытными коллегами. Кроме того, нужно быть готовым к тому, что вкладывать в стартапы придется не только деньги, но и собственные бизнес-навыки. И тогда результат может превзойти любые, даже самые смелые, ожидания.

Илья Кабачинский, Алена Андрусяк